Как
Евгения и сама понимала, что такая ситуация выглядит странно. Она вот-вот выйдет замуж, а зная себя, она будет правильной женой — из тех, которые готовят завтраки, стирают и гладят рубашки, и ни в коем случае не ищут приключений где-либо на стороне. И она сама, и ее подруги знали, что Артура, своего будущего мужа, она не любит. Она вообще никого по-настоящему не любила, кроме Степы, но с тем не сложилось еще в студенческие годы. Артур же был просто неплох: он любил Женю и мог ее обеспечить всем необходимым. Наверное, потому невеста и не хотела изменять своему хоть пока только и будущему, но мужу.
И вот настал день свадьбы. Отец Артура был очень состоятельным человеком, да и сын казался достаточно надежным продолжателем семейного бизнеса. Жених и его родственники взяли на себя все расходы по организации празднования, и при этом решили закатить настоящий пир — такой, чтобы запомнился всем на долгие годы вперед. Приглашенных было несколько сотен, и невеста не была уверена, что всех знает хотя бы в лицо.
Церемонию должны были провести прямо на территории дорогого загородного комплекса, где собрались гости, однако ответственные за официальную часть люди почему-то задерживались. Приглашенные, устав ждать, стали понемногу пробовать яства и выпивку; у стороннего наблюдателя, не знавшего, в чем тут дело, могло сложиться впечатление, что пара уже официально расписана, и присутствующие перешли собственно к празднованию.
Гостей все устраивало, но Жене не очень нравилось происходящее — она же понимала, что не может перейти к празднованию того, что еще не состоялось, тем более, что ей еще нужно выглядеть красивой в объективах многочисленных камер, давая обещание. В какой-то момент она осталась одна, и решила немного удалиться от толпы, углубившись в небольшой сад, раскинувшийся на территории комплекса. Оставшись наедине, она рассердилась на организаторов: где они, почему так долго тянут с церемонией? В голову ей лезли совершенно неуместные мысли: а может, и не стоит ей выходить замуж за Артура, или, по крайней мере, зря она не зажгла на девичнике с тем стриптизером, который явно был готов предоставлять более широкий спектр услуг.
От размышлений девушку отвлекли шаги за спиной. Обернувшись на звук, она увидела одинокого мужчину, быстро приближавшегося к ней по дорожке. Она не могла поверить своим глазам — это был Степан, с которым они не виделись много лет! Он подошел к ней и, даже не здороваясь, спросил:
— Выходишь за него?
— А ты против? — вопросом на вопрос ответила она, и спустя мгновение добавила: — У тебя был шанс.
Он молчал.
— Ты хоть любила меня? — спросил он после паузы.
Кровь бросилась ей в лицо. Да как он смеет? Конечно, он знает, что она его любила! В глубине души она подозревала, что любит ее до сих пор, хотя то, как он с ней поступил, означало, что никакого общего будущего у них быть не может.
— Зачем ты здесь? — спросила она, так и оставив его предыдущий вопрос без ответа.
— Чтобы поставить точку, — медленно проговорил он. — Увидеть, как ты выходишь замуж, и перевернуть страницу.
Вон оно как. Оказывается, ему тоже не все равно. Узнал же как-то, приехал. Непонятно как пробрался на мероприятие. Точку хочет поставить. Ком подхватил ей к горлу.
— А знаешь, — вдруг выпалила она, — точку ставят не так. Да, я выходу замуж. Хочешь поставить точку? Будет тебе точка.
И она, взяв Степана за руку, потащила его за кусты. Он не сопротивлялся.
Достаточно отдалившись от толпы гостей, она была почти уверена, что здесь их никто не найдет. Платье невесты было очень удачным: фату и длинный подол должны были пристегнуть дружки уже непосредственно перед церемонией, а до того оно выглядело обыкновенным летним белым платьем, заканчивавшимся существенно выше колен. Этим она и воспользовалась: как только убедилась, что они отошли довольно далеко, остановилась, развернулась лицом к своему бывшему, встала перед ним на колени и расстегнула ему ширинку.
— Что ты делаешь…? — спросил он.
Женя ничего не ответила, лишь выразительно посмотрела долгим взглядом в глаза Степану. Его член уже был в ее руках; он все еще не был готов к тому, что она запланировала, потому девушка сделала несколько нервных передергиваний. Это помогло: ствол в ее руках вздыбился, показавшись во всю длину, и тут же снова спрятался, но теперь уже во рту той, которая сегодня станет чужой женой.
В отдалении шумели гости, но пара, спрятавшаяся в саду за кустами, не замечала этого. Женя сосала остервенело, понимая, что это отчаянное мероприятие нужно закончить как можно скорее. Степан просто наслаждался моментом, отбросив всякие мысли после того, как понял: он шел сюда, рассчитывая на горькое разочарование, а происходило с ним то, чего он никак не ожидал.
Соленая скользкая струя брызнула Жене в небо, и она плотнее сжала губы; нельзя, чтобы даже одна капля запачкала идеально белое платье. Убедившись, что сперма больше не течет, она аккуратно выпустила член изо рта и порывисто сглотнула.
— А теперь уходи, — неровным голосом сказала она Степану. — Мы поставили точку.
Она медленно встала с колен, нашла в сумке влажную салфетку и вытерла ею губы. Другой салфеткой на всякий случай протерла колени. Осмотрев себя и не обнаружив никаких загрязнений на платье, она, не прощаясь, повернулась спиной к Степану, все еще стоявшему с вываленным наружу членом, и так же медленно двинулась назад к гостям.
Те уже вовсю искали невесту, потому что церемонию можно было начинать. Первым ее встретил будущий муж.
— Где ты была? — спросил он. — Пойдем, все уже заждались.
— Хорошо, дорогой, — ответила она и чмокнула будущего мужа в щеку.